-- Стойте! -- закричал он, упершись рукой в грудь первого носильщика. -- Немедленно несите гроб назад!

-- Какого дьявола вам здесь нужно?! Где ваш ордер, покажите сейчас же! -- разъяренно заревел из холла багровый Питерс.

-- Ордер подписан. Гроб останется в доме, пока он не прибудет!

Властный голос Холмса произвел на людей впечатление. Питерс незаметно юркнул в какую-то дверь, а они понесли гроб обратно.

-- Скорей, скорей, Уотсон! Вот отвертка! -- прерывающимся голосом командовал Холмс. -- Вы тоже берите отвертку. Если через минуту крышка будет сорвана, получите соверен, друзья. Никаких вопросов! Быстрей, быстрей! Так, хорошо! Еще один шуруп... последний. Приналяжем все вместе! Ага, идет, идет! Уф, наконец-то!

Впятером мы сорвали крышку, и в тот же миг нас оглушил тяжелый вязкий запах хлороформа. Голова покойницы была обложена толстым слоем ваты, пропитанной наркотиком. Холмс сбросил ее, и мы увидели прекрасное тонкое лицо женщины лет сорока. Холмс обхватил ее за плечи и посадил.

-- Она жива, Уотсон? Неужели мы опоздали? Неужели все кончено?!

Полчаса мне казалось, что все действительно кончено. Я боялся, что недостаток воздуха и ядовитые пары хлороформа задушили последнюю искру жизни и все наши усилия напрасны. Мы впрыскивали ей эфир, делали искусственное дыхание и вообще все, что предписывает в таких случаях современная медицина, и наконец веки ее слабо дрогнули, поднесенное к губам зеркало затуманилось -- жизнь возвращалась!

У крыльца остановился кэб. Холмс поднял штору и выглянул из окна.

-- Явился Лестрейд с ордером, -- сказал он, -- только птички его уже упорхнули... А вот, -- продолжал он, прислушиваясь к быстрым шагам по коридору, -- идет человек, который поможет леди Фрэнсис лучше, чем мы. Здравствуйте, мистер Грин! Чем скорее мы увезем отсюда леди Фрэнсис, тем лучше.