– Но вполне точный. – Сара тоже улыбнулась. – Мои родители и мой брат похоронены здесь. Неужели ты думаешь, что мне когда-нибудь приходили в голову мысли об отъезде? Я удивлена, что мистер Брэддок пришел к такому заключению, узнав из моего письма, насколько я тихий и не склонный к приключениям человек.
Эрика поморщилась.
– Я могла добавить строчку или две с самыми лучшими намерениями, написав, что ты нуждаешься в том, чтобы начать новую жизнь, получить заряд бодрости, повидать новые места…
– Эрика!
– Тебе нужна перемена по многим причинам. Прежде всего, здесь ты всегда будешь прислугой. Это изменится только с началом новой жизни. Члены твоей семьи умерли уже давно. Прости, если я кажусь тебе бессердечной, но, думаю, они вовсе не хотели бы, чтобы ты скорбела вечно. А пока ты сидишь в Бостоне, ты только этим и станешь заниматься. – Эрика нетерпеливо тряхнула каштановыми локонами. – Я считаю, что твое соединение с морским капитаном предопределено свыше. Можешь ты вообразить места, которые посетишь? Ошеломляющие пейзажи? Дай мне письмо. Я хочу узнать все подробности.
Выхватив у Сары листки, Эрика принялась жадно читать письмо, то и дело вскрикивая от восторга. Тропический рай, как она и подозревала. И мужчина, идеально подходящий для Сары. Тридцать лет, темные волосы, синие глаза, сильный и здоровый, к тому же для моряка прекрасно образованный. Вдовец с тремя детьми: семилетней дочерью и четырехлетними мальчиками-близнецами. И теща, которая его обожает, но устала жить «в окружении пустоты», воспитывая детей, и все только потому, что Дэниел Маккалем неимоверно упрям и не желает, чтобы она взяла детей с собой в Салем, где они пробыли бы, пока не вырастут. Она, в свою очередь, не хочет, чтобы ее любимых крошек воспитывали чужие люди. Из-за этого бедная женщина обречена жить на острове, ожидая, когда Дэниел найдет новую жену.
– Обречена жить на острове, – повторила Эрика, удивленно качая головой. – Как она может жаловаться на такую восхитительную судьбу? Целительный воздух, свежие фрукты, благоуханные цветы круглый год.