Это был вызов. Еще и потому, что сам Ник не верил ни в любовь, ни в счастливый брак, но он был готов притвориться, чтобы встретиться со своими единокровными братьями, почувствовать, что не одинок на этом свете.

— Нет никакого наследства, — солгал он матери, зная, что иначе она обязательно постарается добраться до него. — В качестве наследства отец оставил мне сведения о семье, которых я так добивался от него, когда мне было восемнадцать, — с ироничной улыбкой добавил он.

— Сводные братья… — Надя скорчила гримасу. — Ты и впрямь намерен их разыскать?

— У меня нет никаких сведений о них. В отличие от меня, они не знают, кто их настоящий отец, потому фамилия Рамирес ни о чем им не говорит. Мне сообщили, что их личности сейчас устанавливаются, так что я подожду. Пока же я намерен вернуться к делам, если ты позволишь…

Ник подошел к двери и услужливо распахнул ее для матери.

— Спасибо за визит. Рад, что тебе понравилось ожерелье.

— Разве ты не разочарован, Ник?

Он пожал плечами.

— Я ничего не ожидал, поэтому не могу быть разочарован.

— Тебе надо было настоять на том, чтобы Энрике признал тебя при жизни. Ты всегда был слишком горд, слишком независим…

— До свидания, мама.

Оставшись один, Ник сосредоточился на том, как ему поступить. У него не было никаких данных о братьях: ни их имен, ни описаний, ни возраста.

Единственная возможность найти их — выполнить все условия Энрике.

Если для этого он должен жениться и стать отцом — он сделает это, но так, чтобы эта ситуация была пригодна для жизни, потому что ребенок не должен страдать из-за развода родителей и жить с ощущением, что он нежеланен и никому не нужен. Если у него должен быть ребенок, он создаст ему условия для нормальной жизни.

В его мозгу всплыл образ женщины.