— Фрэнк, отвянь, — вальяжно проговорила я. — Расслабься, друг, ты сегодня не при исполнении. — Тут я увидела, что подошел Джон. — Джон, отлично справляется.

В голове проносилась лишь одна мысль: «Он не должен узнать, что я здесь из-за него».

— Немедленно на выход, — проскрипел Фрэнк и потащил меня через толпу танцующих людей.

Это было так унизительно. Меня охватило бешенство. И как только Фрэнк отпустил меня, чтобы открыть двери машины, я замолотила руками по его спине.

— Как ты смеешь? Я имею полное право здесь находиться, — кричала я.

Он спокойно отвел мои руки в стороны и прижал по бокам туловища.

— Ты достала меня своими выходками. Ты — это самое ужасное задание, которое у меня когда-либо было. Сейчас же залезай в машину, и поедем домой.

— Даже и не собираюсь, — проорала я в ответ и бросилась в темный переулок, убегая от него.

Я оторвалась на довольно большое расстояние. Плюс ещё было очень темно, я сняла туфли и бежала босиком. Но через некоторое время я услышала шаги за спиной.

Я громко завизжала, когда руки Фрэнка схватили меня сзади.

— Успокойся, — говорил он. — Успокойся.

Но по моим щекам уже ручьями текли слезы. Мне было обидно и за его отношения с блондинкой и за то, что он увозит силой меня домой. И наконец, я чувствовала себя просто дурой.

Я стала оседать на пол жалобно плача и приговаривая:

— Я устала. Устала от этой жизни. Я не кукла, я человек, — кричала я, отчаянно.

Фрэнк молчал.

— Где-то там, сироты….маленькие дети….у них никого нет….некому за ними ухаживать.… А я избалована жизнью, единственная дочь богатых родителей, испорченная роскошью, — я знала, что он не понимает, о чем я говорю, но мне нужно было выговориться, выплакаться и сегодняшний день стал крайней точкой моего терпения. — Но мне тоже очень одиноко… — я заскулила…. — Мне мало того, что меня просто спросят как дела….я хочу любви и заботы, а не дорогих подарков…хочу, чтобы, когда я болею со мной находились любящие меня люди, а не слуги…. А сироты ведь тоже этого хотят, я знаю, я часто у них бываю, — шептала я.