Инстинкт заставлял ее прятаться, как раненое животное, дальше, как можно дальше от работы, приносящей столько воспоминаний, дальше от тех мест, где ее знали. И меньше всего она могла думать о возвращении в Бродфилд. У нее не было сил ощущать на себе любопытные взгляды и чувствовать жалость друзей. Отказ Перри от помолвки ранил не только ее любовь — он подорвал самые корни ее веры в себя. Значит, где-то она сделала что-то не так…

Со всевозрастающей тревогой она читала колонки объявлений в дневных газетах, ища работу, которая была бы «другой», хотя у нее не было ни склонности, ни опыта ни в чем, кроме медицины. Внутренний голос все время говорил ей, что она должна признать: есть много людей, куда более подходящих для этой работы, чем она.

Незаметно прошел месяц, который должен был быть счастливой прелюдией к семейной жизни. Она делала все, что могла, чтобы отплатить Деннису и Мэри за их доброту: помогала Мэри хозяйничать дома, работать с прихожанами, взяла на себя большую часть секретарской работы у Денниса, которой было очень много, благодаря его широким интересам, простирающимся далеко за рамки приходской жизни.

Он особенно любил свою работу в клубах для мальчиков — один был в Эмберли, второй — в промышленном районе Спайрхэмптона. Он абсолютно верил поговорке насчет дьявола и праздности

Как-то раз он сказал, что организует большой концерт для сбора средств для Дигбет-клуба — того, что в Спайрхэмптоне.

Мэри укоризненно покачала головой:

— Ах ты, бессовестный! Я просто уверена, что ты способен уговорить и самого Иегуди Менухина на бесплатный концерт ради ребят из Дигбета!

— Да вот жаль, что его сейчас вроде нет здесь, — засмеялся он. — А то бы — да, попросил бы. Зато у нас будет пианист Сабата, тот самый, а петь будет Ева Адлер, сопрано. — Он повернулся к Лин: — Ты мне поможешь писать приглашения, хорошо? Я надеюсь, мы соберем прилично денег для Дигбета.