
Леди Мейблторп, которая часто взывала к нему о помощи и всегда следовала его совету в финансовых делах, тоже осуждала его грубость, огорчалась его черствостью, немного побаивалась его ядовитого языка и надеялась, что когда-нибудь его, наконец, за это проучат. Будет даже неплохо, если он спустит кучу денег в игорном доме на Сент-Джеймс-сквер, те самые десять тысяч, например, которые он мог бы, не будь он таким скупердяем, заплатить из своего кармана за высвобождение племянника из пут этой злокозненной женщины.
Глава 2
Мистеру Равенскару не понадобилось ссылаться на свою знатность и богатство: на пороге дома леди Беллингем он встретил знакомого, который выразил полную готовность представить его хозяйке. Этот знакомый, мистер Беркли Круе, заверил его, что "старуха" будет счастлива видеть его у себя, и горячо порекомендовал ее заведение: здесь не терпят шулерства, кормят восхитительным ужином и подают приличное вино, короче, леди Беллингем совершенно затмила миссис Стюарт и миссис Хобарт. Дверь им открыл детина с грубыми чертами лица и боксерским, сплющенным ухом, которому мистер Круе кивнул с фамильярностью завсегдатая и сказал: "Это мой приятель, Вэнтедж".
Вэнтедж смерил незнакомца оценивающим взглядом и лишь затем предложил помочь ему снять плащ. Мистер Равенскар в свою очередь с любопытством посмотрел на привратника.
- Боксом занимался? - спросил он. Вопрос явно пришелся Вэнтеджу по вкусу.
- Да, но это было давненько, - ответил он. - Еще до того, как я пошел в армию. Как вы заметили?
