- Я никогда не иду на риск, в этом вы правы, - с улыбкой сказал Равенскар и поманил лакея. - Выпьете стакан кларета, мисс Грентем?

- Нет, кроме лимонада ничего пить не буду. Мне нужна ясная голова. Но этот роббер будет последним. Вон тетя пошла вниз - подают второй ужин. Наверно, уже три часа.

Тут вернулся лорд Мейблторп, который в конце концов огорченно ушел от них, сообщил, что много проиграл в фаро, и пожаловался, что Дебора совсем про него забыла.

- Ну и кто выиграл? - спросил он, опершись о спинку стула мисс Грентем.

- Я проиграла, но не так уж много - фунтов двести - триста.

Адриан сказал ей, понизив голос:

- Мне это совсем не нравится.

- Вы мешаете мне играть, дорогой.

- Когда мы поженимся, я вам такого не позволю, - вполголоса проговорил Адриан.

Дебора посмотрела на него с лукавой улыбкой:

- Когда мы поженимся, глупый мальчик, я вас, конечно, буду беспрекословно слушаться. Сдавайте, мистер Равенскар.

Равенскар, который расслышал этот краткий диалог, стиснул в руках колоду. С каким бы наслаждением он вот так же стиснул бы своими сильными пальцами горло мисс Грентем!

Последний роббер был самым неудачным для мисс Грентем. Равенскар выиграл его за две партии и объявил, что она должна ему шестьсот фунтов. Не моргнув глазом, мисс Грентем повернулась на стуле и что-то негромко сказала Люцию Кеннету, который тоже стоял у нее за спиной и наблюдал за игрой. Он кивнул и пошел в соседний игровой зал. Сэр Джеймс Файли насмешливо проговорил:

- Зачем вы сели играть с Равенскаром, дорогая! Неужели вас никто не предупредил?

- Вы, например? - спросил Равенскар, подняв на него глаза. - Как говорится, обжегшись на молоке...

Мисс Грентем, которая терпеть не могла сэра Джеймса, бросила Равенскару благодарный взгляд. Сэр Джеймс потемнел лицом, но продолжал улыбаться.

- Пикет - не моя игра. Тут я вам не соперник. Вот спортивные состязания - это совсем другое дело.