Ну, во-первых, у него залоговая квитанция на дом. Меня ввели в заблуждение. Сказали, что если мы поставим игорный дом на широкую ногу, он будет приносить хороший доход. А на самом деле мы на краю банкротства: один зеленый горошек во сколько обходится, да еще два ужина за ночь, да шампанское и кларет, которые льются рекой, да еще за последнюю неделю дважды сорвали банк. А тут еще ты проигралась в пикет. Я тебя не виню, если бы он потом пошел играть в фаро, этот расход мог бы оправдаться. Он был рад выигрышу?

– Не знаю. Он очень странный человек. У меня было странное ощущение, что я ему не нравлюсь, и тем не менее он провел со мной целый вечер.

Леди Беллингем положила пуховку и обернула к племяннице посветлевшее лицо.

– Может, он тебе сделает предложение, Дебора, как ты думаешь? Я бы умерла от радости, честное слово! Равенскар – самый богатый человек в Лондоне. Только, пожалуйста, умоляю тебя, не придирайся к нему. Вечно тебе в людях что-нибудь не нравится! Подумай только – этот брак разрешил бы все наши проблемы!

Дебора невольно рассмеялась, но одновременно покачала головой:

– Дорогая тетя, я убеждена, что у него и в мыслях этого нет. И не надо все время думать о моем замужестве. Мне, наверно, вообще не суждено выйти замуж.

– Что ты говоришь, Дебора! С твоей-то красотой! Даже Ормскерк в тебя влюбился. Я, конечно, не хочу, чтобы ты стала его содержанкой. Твой бедный отец этого не допустил бы. Кроме того, ты потеряешь всякую надежду удачно выйти замуж. Но дела наши так плохи, что надо или принимать предложение Ормскерка, или выходить замуж.

– Чепуха! Уберите все эти счета подальше, тетя, и забудьте про них. Нам просто в последнее время не везет, и кроме того мы жутко расточительны. Но вот увидите – все образуется.

– Как оно образуется, когда за муслин приходится платить по десять шиллингов за ярд, а за солому по кроне за кипу, или бушель, или как там у них это называется? – мрачно проговорила леди Беллингем.