На мгновение он испугался. Бросил хлыст на пол.

— Вставай! — прокричал он. — Ты сама напросилась и получила по заслугам.

Мелинда не двигалась. Тяжело дыша, он поднял ее на руки и уложил на диване. Она была на удивление легкой. Голова скатилась набок, глаза были закрыты.

— Мелинда! — позвал сэр Гектор. — Мелинда! Черт побери эту дурочку! Она получила хороший урок!

Пусть Рэндольф сам занимается ее объездкой.

Он отошел к столику с напитками, стоявшему в углу комнаты. Там посреди внушительного строя стеклянных графинов был оправленный в серебро кувшин с водой. Он налил немного жидкости в хрустальный стакан, вернулся к Мелинде и плеснул на нее водой.

Несколько мгновений девушка лежала неподвижно, затем ее веки затрепетали. Но даже если сэр Гектор и почувствовал облегчение, то не показал виду.

— Вставай, — грубо проговорил он. — Иди в свою комнату и оставайся там до завтра. Ты не получишь еды, и если ты не согласишься выйти замуж за полковника Джиллингема, когда я пришлю за тобой, то я снова побью тебя и буду бить снова и снова. Тебя нужно переломить, девочка, и я не потерплю неповиновения в моем доме. Ты меня слышишь? А теперь иди в свою комнату и не смей ходить жаловаться тетке.

У нее ты не найдешь сочувствия.

Он отошел от дивана к столу с напитками, повернулся к ней спиной и налил себе большую порцию бренди с видом человека, заслужившего вознаграждение.

Медленно, с полузакрытыми глазами, Мелинда приходила в чувство. Сначала она ухватилась за угол дивана, затем оперлась на стул, потом — на стол и с трудом добралась до двери. В холле она шла как во сне, будто у нее отказали все чувства и она двигалась инстинктивно, повинуясь приказу.

Она поднялась по лестнице, преодолевая ступеньку за ступенькой, как только что научившийся ходить ребенок. Сначала она поднимала на ступеньку одну ногу и только после этого приставляла к ней другую ногу. Она поднималась выше и выше, чувствуя, что каждую секунду на нее может навалиться темнота, и она не сможет идти дальше.