Вздохнув, она продолжала:

– Поскольку Йоркшир находится от нас далеко, я была у них там один-единственный раз. Хотя после того как граф построил в Лондоне Рэвен-Хаус, я приезжала туда не сколько раз. Мы с Каролиной тогда великолепно провели время. Ездили на балы, по магазинам…

И, ласково глядя на дочку, она заметила:

– Каролина любила меня. Мы с ней были как сестры. Она давала мне поносить свою одежду, равно как и в детстве никогда не жалела для меня игрушек.

– Должно быть, ты получила тогда массу удовольствия, мамочка! – воскликнула Ноэлла.

– Да, моя хорошая, – согласилась миссис Вейкфилд. – Впервые в жизни я носила дорогие и красивые платья. Не хочу хвастаться, но и я в то время имела успех.

– Да иначе и быть не могло, мамочка! Ты ведь такая красавица!

– Ну, конечно, не такая, как Каролина, но когда твой отец впервые увидел меня на балу в Рэвен-Хаусе, он тотчас же понял, что именно о такой девушке он всегда мечтал. Об этом он мне уже потом сказал.

– Как романтично, мамочка! – воскликнула Ноэлла.

– Да, – согласилась миссис Вейкфилд. – Подобного со мной до того никогда не случалось. Видела бы ты, какой красивый он был в военной форме!

– Значит, ты влюбилась в него, мама?

– Иначе и быть не могло! – воскликнула миссис Вейкфилд. – К сожалению, мы не смогли пожениться сразу же, как нам того хотелось, поскольку твоему папе надлежало вскоре отправиться со своим батальоном в Индию.

Ноэлла порывисто вскрикнула:

– Ой, мамочка, вы оба, должно быть, были вне себя от горя?

– Он лишь успел сказать мне, как сильно меня любит, – продолжала миссис Вейкфилд, – и попросил меня дождаться его. Я обещала.

– И он… уехал, – пробормотала Ноэлла.

– После его отъезда я вернулась обратно в деревню в полной уверенности, что ни один мужчина не покажется мне таким привлекательным и не будет так много для меня значить, как твой папа.