– Того самого, что по ночам поет под вашими окнами серенады?

– Не знаю, как избавиться от этого не в меру настойчивого поклонника,– пожаловалась Изабелла.

– Да, он мне тоже не по душе,– разоткровенничалась служанка.– Куда больше мне нравится другой ваш кавалер. Он и знатен, и богат, и хорош собой, и любит вас без памяти. А какие любовные стишки он сочиняет для вас! У меня просто сердце млеет!

– Что ты имеешь в виду?

– Я? Ничего…– испуганно пробормотала служанка, сообразив, что проговорилась.

– Какие стишки?– продолжала допытываться Изабелла.

– Стишки? Разве я говорила про какие-то стишки?

– Мари, отвечай немедленно: ты подслушивала?

– Но госпожа…

– Если скажешь правду, то я не выгоню тебя.

Мари виновато опустила глаза и пролепетала:

– Госпожа, не сердитесь, пожалуйста, и не выгоняйте меня. Ведь мне некуда идти.

– Рассказывай, Мари.

– Помните, у вашего кузена, графа де Ларош-Гийона были именины, и вы вернулись домой поздно и не одна?

– Да, со мной был граф де Ла-Гард. Мы с ним всю ночь проиграли в карты в гостиной.

– Да, да, вы еще просили не мешать вам и не подниматься на второй этаж. Так вот, я уже собиралась ложиться спать, но тут вспомнила, что не загасила свечу в вашей спальне…

Служанка запнулась, но Изабелла жестом велела ей продолжать.

– Так вот, я решила не отвлекать вас от игры, тихонько поднялась наверх и, минуя гостиную, направилась в вашу спальню. И вдруг, за дверью, в которую я только что собиралась войти, послышался мужской голос! Я так испугалась! Думала, что воры забрались в дом. Потому и стала подслушивать.

– Ну, и что же ты услышала?

– Ах,– служанка мечтательно улыбнулась,– мужчина что-то говорил про розу и соловья, про луну, звезды и любовь…

– Ах, негодная,– возмутилась хозяйка,– да как ты смела!