При нынешней высокой конкуренции очень важно уметь добывать уникальные вещи, к тому же высокого качества. Потому-то я так довольна нынешним уловом. Да-да, эта поездка выдалась на редкость удачной. – Вернее, была таковой, покуда я, как на грех, не наткнулась на Алана, подумала она. – Хотя, пожалуй, мой бухгалтер будет не в восторге, когда увидит, насколько я превысила кредит. Я очень старалась свести расходы к минимуму, но здесь все так невообразимо дорого, а я, увы, в этом смысле начисто лишена самодисциплины.

Тебе ее не хватает даже на то, чтобы держать язык за зубами, мысленно одернула она себя. Всю жизнь была болтушкой, особенно когда нервничала. А сейчас, под странным взглядом этих синих глаз, точно проникающих в самые глубины ее души, Блисс чувствовала себя не в своей тарелке.

– А знаете, когда-то Хемингуэй, живя в Париже, писал о превосходных обедах на двоих, с вином, и всего за двадцать франков. Конечно, с тех пор многое изменилось. Теперь простой бутерброд с сыром стоит чуть ли не втрое дороже. – Шейн перехватил ее жадный взгляд в сторону застеленного белоснежной камчатной скатертью стола, украшенного величественными канделябрами. Выставленных на нем изысканных кушаний хватило бы, чтобы накормить наполеоновскую армию. – Но, кажется, тут гостям предлагается неплохая закуска, – заметил он.

– О да! Боюсь только, что, стоит мне начать есть, я уже не смогу остановиться и наемся, как грузчик, – шумно вздохнула она, тряхнув червонно-золотыми кольцами волос. – Вот француженки – те никогда не едят. Все время видишь, как они сидят за столиками в уличных кафе, такие стройные и элегантные, перед ними стоит тарелочка, но ни разу – ни разу! – они не откусят и кусочка. Подозреваю, что здесь это преследуется по закону. – Американка бегло обвела взглядом зал и вновь остановилась на столе, ломящемся от яств. – А вот я сейчас, кажется, способна кого-нибудь убить за кусок бифштекса.