— Не уговаривайте ее, миссис Фоксли!

Вирджиния вмешалась, когда заметила, что Маргарет готова поддаться на настойчивые требования гостьи, чтобы потом сожалеть о минутной слабости и мучиться угрызениями совести из-за того, что предала память незабвенного супруга.

Миссис Фоксли, похоже, правильно оценила ситуацию, за последние четыре года она сумела разобраться в характере леди Бенкрофт и не стала продолжать давить на Маргарет. Вместо этого она перешла в наступление на жизнерадостную мисс Кинтл.

— В таком случае, Вирджиния, вам придется потрудиться за двоих. Вы не носите траура, и у вас не может быть никаких отговорок!

— Я и не собиралась придумывать отговорки, мадам! — улыбнулась довольная Вирджиния. — Напротив, я очень сожалела, что уехала из дому в такое время, мой отец всегда придумывает на Рождество что-то изумительное…

— Не стоит огорчаться, дитя мое. Конечно, мы не можем похвастаться близостью к столице и частым общением с высокими особами, но всегда стремимся идти в ногу со временем! Вы ведь расскажете нам о том, что сейчас модно в Лондоне, и поможете с устройством бала. Наши гости должны быть очарованы!

— Безусловно, миссис Фоксли, я приложу все усилия, на какие только способна! Вы уже думали над тем, где состоится бал, как будет украшена зала и обо всем в таком духе?

Вирджиния тут же решила перейти к делу, не обращая внимания на тревогу в глазах сестры. Маргарет не только не хотела участвовать в увеселениях, но искренне опасалась, что деятельная сестрица устроит в ее доме что-то вроде штаба по руководству военными действиями, то есть предстоящим великолепным торжеством.

— О, конечно! В «Зайце и лебеде», нашей лучшей гостинице, есть пристроенная с задней стороны большая зала. Там обычно проходят заседания охотничьего общества, а также благотворительные базары и всякого рода собрания. Хозяин «Зайца и лебедя» охотно предоставит нам залу, причем совершенно безвозмездно. Правда, придется пригласить его самого с дочками, но с этим мы уж как-нибудь должны смириться.