Миллисент Фэвел, хорошенькая веснушчатая девушка, похожая со своими рыжими кудряшками и остреньким носиком на лисичку, радостно приветствовала Вирджинию. Как и другие молодые жительницы Хемсли, Миллисент находила мисс Кинтл очень элегантной и никогда не упускала случая перенять у нее модный фасон, изящные манеры или жесты.

Когда Вирджиния похвалила фортепьяно, ей было предложено испытать его качества в действии, и она уселась за инструмент, не жеманничая и не смущаясь. Маргарет покорно приготовилась выслушивать наставления миссис Фэвел относительно воспитания маленького Гилмора, но почтенную даму сегодня заботили совсем другие вещи.

— Вас, скорее всего, уже навестила моя подруга, миссис Фоксли, — начала она, не обращая внимания на звуки, издаваемые фортепьяно.

Маргарет молча кивнула, а Вирджиния улыбнулась Милли и прекратила играть — пока миссис Фэвел говорит, это совершенно бессмысленно.

— О да, миссис Фоксли была очень любезна. — Маргарет порадовалась, что пока от нее не требуют отчета о поведении Гилмора.

— Значит, она успела сообщить вам, что мы затеваем рождественский бал! — Миссис Фэвел не спрашивала, а утверждала.

— Да, конечно же, — вмешалась Вирджиния, зная, как не хочется сестре говорить об этом бале.

— И вы обе, разумеется, поможете нам устроить все на самом высочайшем уровне.

С этим утверждением пришлось согласиться опять-таки одной Вирджинии, к немалой радости Миллисент.

— Моя сестра не может из-за своего траура принимать участие в развлечениях, но я в полном распоряжении вашего попечительского комитета.

— Действительно, было бы в высшей степени неприлично, если бы леди Бенкрофт веселилась, но она сможет помочь нам подновить одежды для церковного хора, — признала миссис Фэвел.

Маргарет ненавидела шить, но возразить миссис Фэвел не смел никто, за исключением Уолтера Бенкрофта и миссис Лауэй.