— О каком предложении ты говоришь? — спросила Мелани.

Кейд поставил локти на стол и нагнулся к жене, чтобы их беседа не достигла чужих ушей. Теперь он мог ощущать аромат ванили, исходящий от ее кожи.

Черт возьми, как мне ее не хватает! Как я скучаю по ее улыбке, по ее объятиям! Неважно, что написано в тех бумагах на моем столе, она всегда будет моей женой.

— Если бы ты оставалась замужем, — Кейд выдержал паузу, и последнее слово словно повисло в воздухе, — хотя бы еще какой-то период времени, ты могла бы получить финансирование гораздо легче.

Мелани оттолкнулась от стола и покачала головой:

— Нет, я хочу сделать это сама, без твоей помощи и без привлечения денег твоей семьи.

В ее тоне слышались знакомые аргументы их давнего спора. Восемнадцать месяцев назад они стояли на этом же месте, и Кейд, оглядываясь вокруг, видел только беспорядок: старый антикварный хлам и красные бухгалтерские книги, скопившиеся за много лет, и больше ничего, никакой перспективы. Он предложил ей помощь: предложил осуществлять руководство бизнесом, ведь это, очевидно, было необходимо, предложил вложить в дело часть средств, доставшихся ему в наследство от дедушки. Но она отказалась.

Хочу добиться всего своими силами, сказала тогда Мелани, мне не нужно твое руководство, я прошу, чтобы ты просто принял мое решение.

Вместо этого Кейд собрал материалы исследований антикварного бизнеса, привел статистику, рассказал о реальных перспективах. Она отшвырнула бумаги и тем самым захлопнула первую дверь их брака. Вторую дверь он закрыл сам.

Кейд проигнорировал усмешку Мелани и произнес:

— Подумай о моем предложении как об оплате твоей помощи за все годы нашей совместной жизни.

Она резко встала.

— Откуда возник этот новый, улучшенный Кейд? С каких пор ты хочешь предоставить мне независимость? — обиженно спросила она.