Получив диплом лесовода, она к своему огорчению обнаружила, что в ее услугах никто не нуждается. И тогда на помощь пришел ее неиссякаемый оптимизм. На последние двести баксов она открыла собственную фирму «Помощь деревьям». В рекламных проспектах Либби именовала себя лесным доктором. Но пока на ее счету была лишь пересадка поврежденных штормом сосен и диагностика японского жучка.

Денег, которые она зарабатывала, хватало на оплату квартиры. Работа как работа. Ничего особенного. И вдруг, как гром среди ясного неба, ЧП со Старым Патриотом – гордостью всех рейнджеров и служащих парка. Жители окрестностей и даже Пенсаколы считали его своим. Дуб был запечатлен на многочисленных фотографиях и открытках.

Если бы дерево могло говорить, подумала Либби, и печальная улыбка тронула ее губы. Сколько удивительных историй оно бы поведало нам!

При въезде в парк она сбросила скорость, пытаясь заглянуть в пустую будку охранников, и покатила дальше. До поста Джона было еще целых пять миль. Желание добраться до него как можно быстрее было таким сильным, что она порой даже превышала дозволенную скорость.

Въехав на площадку для парковки автомобилей, Либби выключила мотор и потянулась за чемоданчиком. Но не успела она захлопнуть дверцу машины, как на деревянном крыльце поста рейнджеров зажегся свет и Джон окликнул ее.

– Полезай обратно, Пикси! Мы возьмем твой «джип».

Либби опустилась на переднее сиденье и принялась нервно постукивать пальцами в ожидании Джона.

– Дорога тебе известна, – кивнул он рыжей головой в сторону центральной аллеи.

Джон криво усмехнулся, сморщив веснушчатый нос, и устроился поудобнее рядом с ней.

– Что, сильно покалечили? – спросила девушка, обеспокоенная тем, сможет ли она поставить правильный диагноз и оказать помощь старому дубу. От этого зависела ее дальнейшая карьера.