Рэйчел не видела в этом ничего заманчивого. Для нее отдых на природе был почти столь же малоприятным, как и визит к зубному врачу. И еще она испытывала чувство некоторого презрения к богатому плейбою, который не нашел лучшего занятия, чем играть в переросшего бойскаута.

С такими мыслями Рэйчел поднялась по ступеням крыльца элегантного особняка, в котором жили Фаррингтоны.

Обычно в таких домах дверь открывает швейцар в ливрее или, на худой конец, смазливая горничная. Однако вопреки ожиданиям на пороге стоял сам объект предстоящего интервью, красавец ростом метр девяносто, одетый в спортивную рубашку с расстегнутым воротом и потертые джинсы, которые до неприличия туго обтягивали бедра. Лучи утреннего солнца золотом играли в его волосах и придавали его голубым глазам особый оттенок.

– Доброе утро. Мисс Флеминг, не так ли? – приветствовал ее густой приятный бас.

Рэйчел машинально улыбнулась и кивнула:

– Да, меня зовут Рэйчел Флеминг. Благодарю вас за согласие дать интервью, мистер Фаррингтон.

– Пожалуйста, зовите меня просто Ник.

Они прошли по пушистому ковру через холл на веранду и сели в плетеные кресла возле столика, на котором стоял кувшин с лимонадом.

Взяв предложенный стакан лимонада, Рэйчел почувствовала себя более раскованно.

– Если вы не возражаете, мы могли бы начать. Я не хочу отнимать у вас слишком много времени.

– Нет проблем, – непринужденно ответил Ник.

Рэйчел старалась не замечать его обаятельной улыбки. Ник, вероятно, знал, какой эффект производил на женщин, когда улыбался. Ну нет, она не поддастся на эту уловку.

– Ник, расскажите, как вы пришли к мысли заняться организацией походов на лоно дикой природы?

Ник поморщился и заерзал в кресле.

– Во-первых, речь не идет о дикой природе. Мы не пытаемся продемонстрировать какие-то примитивные навыки выживания. В туристические группы входят дети, а иногда и люди, которым за шестьдесят и даже за семьдесят. Целью наших походов не является проверка выносливости, мы просто хотим получить удовольствие от пребывания на природе.