Халлор пощупал лоб Тая, залитый холодным потом. Прикосновение его теплой сухой ладони смягчило боль.

– Да, можно. Погоди минутку.

Он принялся быстро распутывать сложные узлы, то и дело приподымая связанное тело. Тай зашипел от боли.

– Придется потерпеть, – сочувственно произнес Халлор. – Ты уж извини. Я не могу себе позволить разрезать веревку. Она нам еще пригодится.

Он развязал Тая, накрыл его своим плащом, поправил подложенную под голову куртку, смотал веревку, аккуратно уложил ее в заплечную сумку и подбросил хвороста в огонь. Тай чувствовал себя совершенно разбитым, и думать ему не хотелось, но мысленная усмешка родилась в его уме помимо воли: без куртки и плаща Халлор выглядел в точности как тогда, в подвале. Мягкие темно-серые сапоги, серые штаны, небеленого полотна рубашка с засученными рукавами расстегнута на груди. И отблески огня на сером камне стен. Все, как и тогда. Невозмутимо спокойное лицо. Потрескивание огня. Все та же невероятная аккуратность. Кто бы мог подумать!

– Зачем ты связал меня? – спросил Тай.

Халлор хмыкнул.

– А как бы иначе я тебя дотащил? Ты бросился на меня, потом пытался себя задушить…

– Чем? – изумился Тай.

– Голыми руками. Зрелище, скажу я тебе, не из обычных. Потом ты пробовал перегрызть мне горло, себе – жилы, потом выхватил нож и начал им размахивать. Пришлось накинуть на тебя веревку, связать и нести. А ты еще орал всю дорогу, и здесь тоже орал. Только когда огонь разгорелся, ты замолк. Я уж думал, так и будешь вопить. Жаль, не догадался я рот тебе заткнуть. Пришлось тебя выслушать.

– Выслушать? – переспросил Тай. – Я что, бредил?

– Вроде того, – вздохнул Халлор. – Ты вспоминал.

– Ничего не помню, – Тай потряс головой и тут же со стоном опустил ее.

– Хорошо, коли так, – усмехнулся Халлор. – Не очень приятно слышать, кого и как ты резал на кусочки, и кого еще нарежешь.

– Что это такое было? Что за дрянь я проглотил? Ах, да, – вспомнил Тай, – ты же вроде говорил, что не знаешь.