— Па! — жалобно взвыл Глинн.

— Ты же слышал — он скоро приедет, — утешила его сестра. — Давай лучше обследуем все закоулки нашего нового дома. Смотри, какая высота!

Мальчик мгновенно отвлекся.

Когда сгустились сумерки и зал наполнился воинами, дети было растерялись, но Морган усадил их за высокий стол и объявил:

— Эти малыши очень дороги нашему господину Ллуэлину. С ними должно обращаться хорошо и ни в чем не отказывать. Я назначаю восемь человек их личными телохранителями. Лаг, Эдда, Мейбон, Надд, Баррис, Дьюи, Кэдем и От! Я выбрал вас. И присмотрите, чтобы с этими пташками ничего не случилось.

Воины долго добродушно ворчали, хотя втайне были довольны оказанной честью. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы угадать в малышах детей предводителя, пусть Морган и ничего не сказал. И парнишка, и девочка походили на него как две капли воды, если не считать светлых волос последней.

— Они — его кровь, верно? — шепнул лейтенант капитану.

— Я ничего подобного не утверждал, — покачал тот головой, — и тебе не советую.

Ронуин, кормя брата, рассеянно прислушивалась к разговору. Очевидно, их родитель — человек знатный!

После ужина мужчины собрались вокруг детей, как стая больших лохматых сторожевых псов. Ронуин в основном молчала, предоставив брату завоевывать сердца взрослых: по ее мнению, красивее Глинна не было на свете ребенка. Когда малыш стал клевать носом, От подхватил мальчика и уложил на тюфяк.

— Тебе тоже лучше бы лечь, — посоветовал он Ронуин.

— Я старше, — покачала она головой и, увидев, как в дальнем конце зала стоят на коленях несколько воинов, удивленно спросила:

— Что это они делают?

— Кости бросают, — усмехнулся От. — Игра такая.

— Я хочу научиться, — потребовала Ронуин.

— Да ну? Уж и не знаю, что скажет капитан.

— Но почему бы нет? — настаивала девочка.

— Это азартная игра, — объяснил От.