Стэнли ответил не сразу. Он окинул девушку оценивающим взглядом, заставляя ее вновь пережить приступ острого сексуального желания, и, подавшись вперед, четко выговаривая каждое слово, произнес:

— Нет! Неужели вы думаете, что после того, как мне в руки попался такой матерый папарацци, я отпущу его без должного наказания? — И одарил собеседницу очаровательной улыбкой.

— Что вы хотите этим сказать? — встревожилась Линда.

Если он решит вызвать полицию, то у нее возникнут большие проблемы. Ведь в данный момент она не может себе позволить внести залог, не говоря уже о том, чтобы нанять адвоката.

— А то, что я желаю дать вам почувствовать весь ужас, который мы испытываем перед вашей братией. Думаю, это послужит для вас хорошим уроком и наказанием одновременно.

— И как же вы намерены это сделать?

Поняв, что ночь в участке ей не грозит, Линда несколько расслабилась.

— Очень просто, вы станете моей подружкой.

— Что?!

Чего-чего, а этого она никак не ожидала.

— Я говорю, что вы станете сопровождать меня на всех официальных мероприятиях в качестве моей девушки. Кроме того, вы будете жить в моем доме… чтобы у вас не было соблазна улизнуть.

— Ни за что! Да что вы о себе возомнили?!

Линда возмущенно вскочила с дивана, но тут же села обратно, так как Чеддер недвусмысленно оскалил зубы.

— Я думаю, что мог бы вызвать полицию и привлечь вас к ответственности за незаконное проникновение на частную территорию. Согласитесь, сидеть в тюрьме менее приятное занятие, чем составить пару такому очаровательному парню, как я. — Эти слова Стэнли Спейси сопроводил самой ослепительной улыбкой из своего арсенала.

Линда с трудом сдержалась, чтобы не нахамить ему, понимая, что время для этого неподходящее. Отступление не есть признание поражения, подумала она и оповестила о своем решении невозмутимого собеседника: