Да, пользуясь «бритвой Оккама», сводящей растолковывающие сущности к мизеру, можно было бы и их свести к чему-то простому и известному, но сейчас, как в физике микрочастиц в период кризиса семидесятых, «бритву» решили отодвинуть в сторону. Большинство обнаруженных случаев совсем не связывались друг с другом, но все же.

Весной 1948 года в порт Сурабая острова Ява зашел неизвестный корабль под советским флагом. Экипаж был военный, вел себя очень странно. Неизвестно вообще для чего причалил вооруженный транспорт. В конце концов он сгрузил на берег троих тяжелобольных людей и через час ушел из порта. Выяснить что-либо о корабле не удалось. Больных отправили в местный госпиталь. Характер заболевания выяснить сразу не удалось. Приблизительно в течение месяца двое умерли. Третий, однако, жил еще долго. Разговаривал он по-русски, но черты лица имел азиатские. Поскольку в больнице не нашлось ни одного переводчика, с ним никто не общался. И вот что интересно. Однажды в больницу попал американский врач с очень специфическим опытом. Осмотрев больного и сделав нужные анализы, он пришел к выводу, что у больного неизлечимая стадия лучевой болезни. Неизвестно, где этот врач приобрел нужные навыки, может быть, в Хиросиме, но факт оставался фактом. Американец, видимо, возжелал сделать на данном больном карьеру, а может, его планы состояли совсем в ином. Он привлек к факту внимание. Как известно, полугодом ранее СССР сделал ложное заявление о наличии у него атомного оружия. Теперь факт о некоем облученном русском заметила штатовская разведка. Тем не менее, возможно, учитывая район прихода информации, она не проявила должной прыти. Покуда шли бумажные запросы и такие же ответы, больной скончался. Что стало с трупом, неизвестно, может, его просто похоронили на ближайшем кладбище, а может, все-таки отвезли в лабораторию на исследование состава отравивших больного изотопов — след здесь затухает.