Дэниел вовсе не собирался ее соблазнять, ничего подобного. Более того, даже мысль о возможной связи между ними казалась ему ужасной. Он понимал, что в этом случае пропадет все очарование их замечательной дружеской совместной жизни. И вместе с тем ему хотелось доставлять Шерилин радость, разбавлять ее — а заодно и свою — серую жизнь светлыми мгновениями.

Шерилин чувствовала то же самое и никак не могла разобраться в том, что испытывает к Дэну: влюбленность или же просто радость оттого, что кто-то делает ей хорошо, ничего не требуя взамен.

Может быть, они так и жили бы в старом доме с картонными перегородками, с мебелью, содрогавшейся всякий раз, когда в подземных лабиринтах проползала гусеница поезда. Может быть, Шери всегда возвращалась бы домой и чувствовала с порога аромат пасты с томатами и базиликом. Может быть, Дэн так и редактировал бы статьи об инопланетянах-похитителях и йети, который вдруг ни с того ни с сего забрел в дом к одинокой старушке. Может быть, все так и было бы, но однажды…

Однажды босс Шерилин, который давно уже смотрел на нее плотоядным взглядом, пригласил ее поужинать. Целую неделю Шерилин изобретала всевозможные предлоги, чтобы избежать ужина, который — а в этом она не сомневалась — закончится предложением распить по бокалу вина в каком-нибудь мотеле. Целую неделю босс с недовольной миной на не самом привлекательном лице выслушивал отговорки Шерилин. Целую неделю она находила на своем столе стеклянную вазочку со свежей белоснежной розой. И целую же неделю Шерилин размышляла, как ей быть дальше.

В четверг она не выдержала и рассказала обо всем Дэну, который корпел над статьей о русалке, объявившейся в фонтане небольшого городка.

— Почему ты не можешь просто отказать ему? — поинтересовался Дэн, оторвавшись от статьи.

— Потому что тогда Фрэнк меня уволит, — объяснила Шерилин. — А если он меня уволит, то в следующем месяце нам нечего будет есть, потому что весь твой гонорар уйдет на оплату квартиры. Или негде будет жить, потому что мы потратим его на еду.