Благополучно миновав Калужский пост, Гелька не удержалась от искушения и, поддав газу, птицей понеслась вперед. Радио ненавязчиво что-то мурлыкало, в приоткрытое окно влетал и приятно бодрил кожу июльский воздух, и в душе зрело ожидание чего-то необычного и непременно хорошего…

Захарыч с тоской и ненавистью бросил взгляд на настенные часы. Только-только одиннадцать натикало, а уже столько проблем навалилось, хоть волком вой. Проклятая текучка! Плюнуть бы на нее да растереть, а нельзя! Все эти грошовые перевозки — словно навозная куча, в самой глубине которой надежно замаскирована жемчужина. Причем далеко не одна и далеко не последняя. А тут как назло возникла путаница с бумагами, куда-то подевался график отправки водителей в рейс! Его личный помощник Влад уже дважды успел сообщить о том, что звонят разгневанные клиенты и интересуются, когда же прибудут заказанные ими машины. Когда селектор громкой связи заморгал красным огоньком в третий раз, Захарыч не выдержал:

— Черт побери, Влад! Сколько можно теребить меня по пустякам? Найди Ангелину, и пускай она быстро разберется с графиком. Совсем уже зажралась девка, мышей не ловит! Вот оставлю ее в этом месяце без премии, чтоб охолонула!

— Ее нет.

— Что значит — ее нет?

— Ангелина сегодня не вышла на работу. И, судя по всему, уже не выйдет.

— Ну-ка, зайди ко мне в кабинет и объясни все внятно. Бегом!

Через пару минут Влад стоял перед Захарычем и докладывал:

— …личных вещей не осталось. На столе подписанное заявление об увольнении по собственному желанию и соответствующий приказ по кадровой службе.

— Что значит — подписанное? — рассвирепел Захарыч. — Кем это подписанное?

— Вами и подписанное, — пожал плечами Влад.

— Что-то я не понял?! Ну-ка с этого места поподробнее! Помнится мне, ничего такого я на днях не визировал! Так откуда же подпись?

— Видимо, Ангелина сама и расписалась вместо вас. Она же часто так делала, особенно когда вы на переговоры уезжали или просто были сильно заняты.