— Слушай, а тебе не страшно? — спросила Светка Гельку, когда та закончила свой эмоциональный, но довольно короткий рассказ.

— С чего бы это?

— Ну, Захарыч — мужик крутой. Мало ли чего ему в голову взбредет? Не боишься, что он тебя на работу силой вернет?

— Ха, можно подумать, на дворе средневековье и у нас по-прежнему крепостное право действует!

Да видела я Захарыча во всех видах и ракурсах! Пошел бы он к черту!

— Но все равно: а вдруг? Ты же сама рассказывала, как он прямо при тебе отправил команду на дом к какому-то из ваших водителей…

Гелька помрачнела. В словах Светки была своя сермяжная правда. Ту историю она до сих пор не могла без содрогания вспоминать. Васильич — неплохой, в общем-то, мужик, хотя и любитель хорошенько поддать, в один прекрасный день не вышел на работу. Проспал по причине безудержной пьянки накануне. Как назло, заменить в тот момент его просто физически было некем: все остальные водители отправились в свои рейсы, а напарник Васильича лежал в больнице с приступом язвы. Когда через сорок минут Васильича привезли на работу, к Гелькйному горлу подступила тошнота. Лицо мужика напоминало собой отбивную, а стоять на ногах он мог, только схватившись за стену. И это простой водитель! А что уж говорить о ней, финансовом директоре! Особенно с учетом того, что она не далее как час назад грохнула базу данных по клиентам конторы и график грузоперевозок… И ведь ни одной копии не осталось!

— Дело пахнет керосином, — буркнула себе под нос Гелька и крепко задумалась. — Из своей квартиры мне надо смыться, и как можно быстрее.

— Может, куда-нибудь на курорт махнешь? — участливо предложила ей Светка.

— Могу и не успеть. Пока путевку куплю, пока то да се… Слушай, а если я у тебя пару-тройку дней поживу?