— Да, мы подумали, что это было бы неплохо.

— То, что ты увидела здесь… — старуха наклонилась ко мне. — Что ты об этом скажешь?

— Меня это потрясло.

Она кивнула:

— Теперь ты знаешь…

— Все это случилось неожиданно и было так бессмысленно…

— Так было всегда, — сказала старуха мрачно. — Мне говорили, что здесь все иначе, и действительно долгое время в Германии ничего такого не происходило… Видишь ли, эта страна мне не родная. Я ношу фамилию Брандт по мужу, а сама я из России — меня привезли сюда, когда мне исполнилось восемь лет.

— Так значит, вы родились в России? Она кивнула.

— Там было то же самое. Это называлось «погром». Мы никогда не знали заранее, когда это может случиться. Но рано или поздно это все равно случалось… Мы уходили и устраивались на новом месте, так что для меня это не ново… хотя почти забылось.

— Это жестокое гонение… я не вижу в нем смысла.

— Они ненавидят нас — вот и весь смысл.

— Но почему?

— Спроси у Господа Бога. Только Он знает. Так было всегда. В. моей семье все думали, что с переездом в Германию все изменится. Но ты видишь — нас преследуют и здесь. Мы приехали в эту страну, бросив все. Я была маленькой девочкой. Сейчас я уже и не помню подробностей. Помню только большую тачку, на ней мы и везли свои пожитки. Мы очень уставали, ночевали где попало. Иногда люди были добры к нам. Я не помню, как долго мы добирались сюда. Когда тебе мало лет, ты многое забываешь. Память хранит не все. Забывается то, о чем не хочется вспоминать.

— Вам неприятно вспоминать об этом? Старуха отрицательно покачала головой.

— Нет, не совсем так, — ответила она. — Это помогает жить. То, что случилось тогда… То, что происходит сейчас. У жизни есть определенный узор. Что-то было в начале жизни — и теперь это возвращается.