Горло Нили пересохло так, что она с трудом сглатывала. Она то и дело пыталась поправить заказанный по каталогу парик. Другой каталог помог обзавестись платьем, чулками и туфлями. Чтобы поменьше бывать на людях, Нили никогда не делала покупок в магазинах и пользовалась именем и адресом старшего референта своей команды, Морин Уоттс, добавляя букву "К", чтобы Морин знала, чей это заказ. Морин понятия не имела о содержимом свертков, доставленных в Белый дом для первой леди.
Нили подождала, пока группа переползет из Красной комнаты, меблированной в стиле американского ампира, в парадную столовую. Видеокамеры записывали каждое движение, и ее холодные пальцы онемели от напряжения. Она попыталась успокоиться, глядя на висевший над камином портрет Линкольна. На каминной полке было выведено изречение Джона Адамса, второго американского президента, которое так часто читала Нили:
«Молю небо послать благодать этому дому и тем, кто будет жить в нем после меня. Пусть под этой крышей правят лишь честные и мудрые люди».
Женщина-гид стояла у камина, вежливо отвечая на вопросы. Нили, вероятно, была единственной из присутствующих, кто знал, что все гиды в Белом доме работают и на Секретную службу. Она каждую минуту ожидала разоблачения, но гид едва удостоила ее взглядом. Сколько агентов Секретной службы она успела увидеть за это время? Они сопровождали ее сначала в школу, потом в колледж. Были с ней на первом свидании и в ту ночь, когда она слишком много выпила. Секретная служба научила ее водить машину, стала свидетелем горьких слез, когда первая любовь оказалась несчастной и мальчик, который так нравился Нили, пригласил на свидание другую. Женщина-агент даже помогла выбрать платье для выпускного вечера, когда мачеха Нили слегла с гриппом.