Выкинув из головы мысли о зяте, чтобы не нервничать и сохранить ясную голову, Иден еще раз перечитала письмо.

– Похоже, у миссис Фаррингтон не осталось родных, поэтому она оставила все свое имущество мне.

– Здорово. А деньги она тебе завещала?

Иден ясно расслышала страх в голосе дочери. И она знала его причину: дело в Стюарте. Мелисса, наверное, действительно любит мужа, но за два года брака успела неплохо его изучить. И обе они прекрасно понимали: если Иден вдруг унаследует большие деньги, то у них в семье возникнут серьезные проблемы.

– Нет, к сожалению, никаких денег не предвидится, – легко сказала она. – Только старый-старый дом. Да ты должна его помнить, там ведь прошло твое детство.

– Это был такой ужасный викторианский особняк, да?

Иден хотела было поправить дочь, но передумала. Пусть считает, что дом не представляет особой ценности. Если Стюарт сообразит, что к чему, он догадается, сколько денег можно выручить от продажи такого дома. Глупышка Мелисса еще не поняла, что не стоит рассказывать мужу всего и, уж конечно, не нужно посвящать его во все свои мысли.

– Ты права, – рассеянно сказала мать. В письме говорилось, что ей нужно как можно скорее приехать в Северную Каролину, встретиться с поверенным миссис Фаррингтон и подписать бумаги, чтобы вступить в права наследования. Наверное, дом совсем плох, подумала она, и эти люди боятся, что крыша обвалится или еще что-нибудь случится.

– А что ты сделаешь с этим домом? – спросила Мелисса, испуганно глядя на мать.

Иден поняла, что дочь боится, не захочет ли она переехать. С момента рождения Мелиссы, все двадцать семь лет, они практически не разлучались.

– Я его продам, – ответила Иден, – и куплю домик в деревне, где мой внук сможет проводить лето. А на заднем дворе будет расти огромный бук, и мы к нему привяжем качели.

Мелисса успокоилась, улыбнулась матери и услышала, как повернулась ручка входной двери. Одним глотком допив молоко, она вымыла стакан, вытерла рот и повернулась к двери, готовая встретить вернувшегося с работы мужа. Высокий стройный Стюарт, как всегда, был хорошо одет и даже после рабочего дня не казался уставшим или помятым. Глаза Мелиссы вспыхнули, когда он появился на пороге.