Эмили не успела додумать эту мысль, как под капотом что-то громко лязгнуло, двигатель странно затарахтел, а потом быстро заглох и из-под капота повалил черный дым. Эмили от неожиданности охнула и нажала на тормоз. Машина остановилась так резко, что Эмили едва не вылетела через лобовое стекло, которое заволокли клубы дыма. Эмили выпрыгнула из кабины, на ходу выхватив из специального зажима огнетушитель, и рывком подняла капот. Ее обдало черными клубами сажи, нестерпимым запахом горелой резины и чего-то еще совершенно ужасного. Эмили, ничего не видя, нажала на рычаг огнетушителя и направила струю под капот. Через минуту все было кончено. Дым больше не валил, но внутренности трейлера стали похожи на маленький сугроб.

Рука Эмили, держащая огнетушитель, безжизненно повисла вдоль тела, и красный баллон выпал из ослабевших пальцев и с негромким стуком приземлился.

Господи, но почему именно сейчас и именно со мной, ведь все было так хорошо?!

Эмили запрокинула лицо, уперев взор в безмолвные и неприветливо хмурые небеса, словно надеясь там получить отклик на свой вопль отчаяния. Но небеса остались загадочны и немы, словно египетские пирамиды, а Тот, Кто был там, наверняка посчитал, что Эмили это заслужила. Что ж, может быть. Лин, к примеру, помешанная на эзотерике, свято верила в то, что жизнь, в которой мы себя осознаем в данный момент, есть не что иное, как наше очередное воплощение, реинкарнация бессмертной души… Тогда, выходит, в прошлой жизни Эмили изрядно нагрешила, и теперь ей долго придется расплачиваться за плохую карму.

Эмили оглядела пустынное шоссе, а потом бескрайнюю равнину вокруг. Нигде не видно даже признаков человеческого присутствия. И, если бы не эта магистраль, очень легко можно было бы вообразить, что Эмили вообще единственный человек на этой планете.

— Мамочка, куда мы приехали?