Дверца пикапа распахнулась, и Эмили, до боли сжав влажной ладонью электрошокер в кармане куртки, вперила взгляд в хозяина этого транспортного средства, пытаясь определить степень опасности, которую может представлять водитель пикапа.

Его одежда была простой, непритязательной и довольно легкой для прохладной ноябрьской погоды: потертые джинсы, синяя хлопковая рубашка и черный жилет, который он даже не потрудился застегнуть. На ногах у мужчины были запыленные ковбойские сапоги, которые, судя по их внешнему виду, вполне можно было поместить в музей, как образец обуви первых американских поселенцев. На голове незнакомца был нахлобучен стетсон, поля которого почти скрывали его лицо. Пока он преодолевал растояние разделяющее его и Эмили, ветер рвал его рубашку, вздувая на груди полотняным шаром. При виде этого Эмили невольно пробрал озноб, словно это она стояла в легкой одежде на пронзительном ветру. Но, похоже, приближающемуся мужчине низкая температура и резкий ветер совершенно не мешали.

Незнакомец показался Эмили довольно высоким, но, только когда он приблизился почти вплотную, она поняла, что его рост намного превышает ее собственные пять футов и восемь дюймов. Он остановился в нескольких шагах, и на Эмили уставились самые синие глаза, которые ей когда-либо доводилось видеть.

— Хелло, мэм! Какие-то проблемы? Могу я чем-то помочь?

— Моя машина сломалась. — Эмили попыталась вздохнуть поглубже, но сделать это ей почему-то не удалось.

Конечно, из-за страха. Незнакомец казался ей слишком большим, грубоватым и к тому же был небрит. Что бы там ни писали всякие новомодные журналы и ни вещали самые продвинутые имиджмейкеры с экранов телевизоров — никто не смог бы изменить ее собственного мнения, что небритый мужчина, будь у него хоть самые синие глаза в мире, выглядит вовсе не сексуально, а неряшливо.