Робби тоже кивнул.

— А еще он говорил, что вы были бы самой красивой девушкой на свете, если бы не веснушки.

Тилли начала озираться, ища пути к бегству. Можно было бы удалиться из зала под благовидным предлогом: сделать вид, что порвался подол платья, или сильно закашляться.

Робби тем временем придвинулся к ней ближе, пытаясь разглядеть веснушки на ее лице. «Нет, он явно хочет моей смерти!» — мелькнуло в голове Тилли.

Она уже приготовилась упасть в обморок. Может быть, это избавило бы ее от навязчивого собеседника. Хотя подобный поступок был рискованным. Тилли могла попасть в «Светские заметки леди Уислдаун», и тогда рассказ о ее притворном обмороке прогремел бы на весь Лондон. Однако Тилли готова была пойти даже на этот крайний шаг ради того, чтобы отделаться от Роберта.

— Он очень боялся, что вы никогда не выйдете замуж, — продолжал Робби, с сочувственным видом качая головой. — И не уставал повторять, что у вас огромное приданое.

Вот оно что! Оказывается, брат между сражениями и стычками с врагом уговаривал боевых товарищей жениться на ней, используя приданое в качестве приманки. Раз девушка не блещет ни внешностью, ни душевными качествами, соблазнить жениха могут только деньги.

Если бы Гарри не пал на поле боя, Тилли, пожалуй, задушила бы его собственными руками.

— Мне нужно идти, — бросила Тилли. Робби огляделся вокруг:

— Куда?

Да куда угодно!

— В дамскую комнату, — сказала Тилли, надеясь, что Роберт не увяжется за ней.

Робби слегка смутился и отвел взгляд в сторону.

— О, конечно, — промолвил он, но тут же оживился, когда его взгляд упал на входящего в зал нового гостя. — Ах, это ты! Ну, наконец-то!

Тилли обернулась, чтобы посмотреть на человека, сумевшего отвлечь внимание Роберта. Это был высокий джентльмен, одетый, как и Роберт, в военный мундир. Но он сильно отличался от Данлопа. От этого человека исходила опасность, и Тилли сразу же ощутила это.