– Я плохо переношу полеты, – сказала она, не проявляя восторга по поводу его деятельности. Опять очко в ее пользу.

– Я многим помог преодолеть себя, – сказал Шейн и заметил, что что-то изменилось в ее настроении.

Она скрестила руки на животе.

– Нет, спасибо.

Интересно. Обычно глаза женщин озарялись блеском, когда они узнавали, чем он занимается на самом деле. Эта же женщина толком даже не знала, кто он, а глаза ее блестели.

– Мне нужно идти. – Она двинулась мимо него по направлению к двери.

– Но…

Дверь захлопнулась за ней с решительной бесповоротностью.

«Ну и дела, – подумал Шейн. – Воспользоваться омелой, чтобы поцеловать сумасшедшую дочь своего клиента. Ничего себе».

Завибрировал его сотовый телефон. Шейн взглянул на появившуюся, на дисплее информацию об абоненте и вздохнул.

– Ну что, жеребец, закончил там? – спросила Мэдди.

– Я ничем не занимаюсь.

– Эй, я тебе не судья!

Шейн ущипнул себя за переносицу.

– Что тебе нужно?

– Поговорить с тобой. Но я могу подождать, пока ты закончишь. – Похоже, она забавлялась.

– Я ничего здесь не делаю!

– Тебе нечего стыдиться. – Она явно насмехалась над ним. – У мужчин есть определенные потребности. Я понимаю.

– Послушай, почему несколько месяцев назад ты не разговаривала так с Ноем, когда он заперся в кладовой с Бейли?

– Потому что за Бейли охотилась пара вооруженных пушками громил. За тобой, Шейн, охотится пара вооруженных громил?

– За что я только тебе плачу?

– Я скажу тебе за что. Я только что подписала договор о шестимесячном найме самолетов бизнес-класса семьи Кларк. И я сказала твоей преследовательнице, что ты покинул здание.

– Дэни?

– Кому? Нет, Мишель.

– Она все еще здесь?

– Была. Сказала, что у нее были виды на тебя сегодня. Я разочаровала ее, и она расстроилась. Но она уже ушла.