Ной занимался индивидуальным обслуживанием любителей приключений. Он сам подбирал эти приключения и искусно настраивал на них своих клиентов. А Шейн, хотя и любил летать и часто делал это, как наиболее представительный из партнеров, вел деловую часть, привлекая новых клиентов, доставая новые самолеты по лизингу и тому подобное. Вместе они составляли отличную команду, и, если нужно было по первому требованию пилотировать турбовинтовой или реактивный самолет для выполнения чартерного рейса в Санта-Барбару или чтобы доставить группу деловых людей на Аляску, все выполнялось лучшим образом, умело, с соблюдением должной безопасности и на высшем уровне.

Неплохое занятие, особенно для Шейна – паршивой овцы в богатой семье, в которой его считали недорослем и фантазером.

Слабым звеном.

В его семье очень удивились бы, узнав, что всех до одного клиентов в «Скай-Хай» привел он.

Но сейчас, Мэдди привлекла клиента, причем крупного клиента, и Шейн не испытывал ничего, кроме благодарности. Впервые он перестал быть единственным поставщиком и испытывал лишь чувство облегчения от этого.

– Броуди, она заслужила прибавку к жалованью.

– Мы и так платим ей кучу денег.

– Что ж, теперь будем платить ей кучу и еще половину.

– Никаких денег не хватит.

Броуди родился в бедной семье, рос в бедности, а затея с компанией «Скай-Хай» заставила его вложить в дело последние сбережения. Его угнетала мысль о том, что, возможно, придется влезть в долги, ему все не верилось, что им удастся выстоять и создать процветающую крупную компанию.

Под ударом были не только деньги, и они оба знали это. Броуди – мужик до мозга костей, страдавший откровенной фобией в отношении матримониальных обязательств, – вдруг запал на Мэдди.

Конечно, он ни за что не признался бы в этом. Проявить слабость? Для Броуди? Да он лучше руку себе отгрызет.

– Она много раз выручала нас, – напомнил ему Шейн.