Разговаривая по мобильнику, Шейн в то же время держал ее в поле зрения, но вот он захлопнул телефон и положил в карман. Он был таким же промокшим, как и она. Волосы прилипли к голове, рубашка цвета виски и черные брюки облепили рослое, мощное тело, и, тем не менее, ему как-то удавалось выглядеть таким же элегантным и утонченным, каким он выглядел, будучи совершенно сухим.

Убрав волосы со лба, он медленно подошел к ней.

– Дэни.

Еще совсем недавно, она могла читать по его глазам, как по написанному. Но это было тогда, когда он держал ветку омелы над ее головой и его глаза светились озорным блеском и пылом, от которого у нее подкашивались колени.

Что касается пыла, то действительность превзошла все ожидания.

Сейчас же, когда взгляд Шейна совершенно не поддавался определению, Дэни ничего не ждала от него, но и винить его не могла. Сама ведь, с ее репутацией тронутой, сказала, что была свидетельницей убийства. В отсутствие, каких бы то ни было свидетельств, хотя бы отдаленно намекавших на это.

– Мне жаль, – сказала Дэни, отворачиваясь, чтобы Шейн не заметил, как она потрясена. – Я сейчас уйду.

– Подожди…

– Все было очень мило. Уверена, мать очень довольна тобой и будет и дальше нанимать тебя для полетов каждый раз, когда ей взбредет это в голову. – Дэни не имела представления, куда идти. Собиралась на торжество на работе, а поскольку машина ее снова сломалась, добиралась сюда на такси.

Однако нужно было уходить.

К несчастью для Дэни, отведенная компании «Скай-Хай» площадка находилась в частном секторе напротив терминала, довольно далеко от основного здания аэропорта «Бэрбанк». С автостоянки она видела дорогу, но там была тишина. Ни огней, ни машин.

И по обыкновению, Дэни оставила мобильник в автомастерской, в своей машине. Рина теперь обидится, потому что Дэни пообещала ей позвонить и рассказать во всех подробностях о жизни богатых и знаменитых. Но хуже всего то, что пальто Дэни осталось внутри, в гардеробе, и хотя у нее не было другого пальто на замену, она не собиралась возвращаться за ним.