Эти простые, но выразительно сказанные слова заставили затрепетать каждый нерв, каждую клеточку ее тела. Он знает, что делает, обреченно подумала Корина. Возбуждая мою чувственность, Гамбини лишает меня способности сопротивляться.

Он уверен, что таким способом можно добиться всего, чего угодно. Ей стало страшно. Неужели он догадывается о ее ощущениях? Да нет, не должен. Во всяком случае, она не давала ему никаких оснований быть таким самоуверенным. Да, конечно, он просто блефует.

Быстро поднявшись, Корина сделала несколько шагов в сторону, чтобы не находиться так близко к Гамбини.

— Наше собеседование проходит весьма оригинально.

— Правильно, все так и говорят, что я — весьма оригинальная личность.

И снова звуки его низкого гортанного голоса заставили ее напрячься.

— Вы всегда используете вашу привлекательность для достижения деловых целей? — произнесла Корина ледяным голосом, стараясь всем своим видом показать этому наглецу, что на нее его мужские чары не действуют. После расставания с Сиднеем ей не раз приходилось прибегать к подобным уловкам, чтобы сдержать напор чересчур настойчивых ухажеров.

Широкие скулы, миндалевидные глаза и большой, чувственный рот в сочетании со стройной фигурой и золотисто-каштановыми волосами делали Корину неотразимой. Художник назвал бы ее красоту классической, такой, которая не подвластна моде и времени. Неудивительно, что ей приходилось периодически отбиваться от домогательств мужчин, в чем она приобрела немалый опыт. Вот и сейчас Корина бросила на Гамбини такой грозный взгляд, который испепелил бы любого поклонника. Любого, но не Гамбини.

— По-вашему, я прибегаю к нечестным приемам? — снисходительно усмехнувшись, спросил он как ни в чем не бывало.

— По крайней мере, это так выглядит, — уже менее уверенно пояснила Корина.

— Даже не подозревал, что я такой коварный.

— Вы это серьезно? — недоверчиво переспросила Корина.