— Нам предстоит большая работа, а ты лежи и дремли. — Питер наблюдал за ней, потом взглянул на приборы и снова перевел на нее взгляд. — Страшно?

— Немного.

Но он знал, что Салли хорошо подготовлена. Он потратил много времени, объясняя ей суть операции, весь сложный процесс и какие опасности могут подстерегать ее после, а также какое медикаментозное лечение ей будет предписано. И вот решающий момент настал. Это напоминало второе рождение. Он вдохнет в нее новую жизнь, она как бы родится из его души, из кончиков его пальцев.

Анестезиолог подошел к изголовью операционного стола и встретился взглядом с Питером Галламом.

Тот медленно кивнул и снова улыбнулся Салли.

— Скоро увидимся. — Правда, пройдет часов пять или шесть, прежде чем она снова придет в сознание, пока они будут наблюдать за ней в послеоперационной палате, перед тем как перевести ее в отделение интенсивной терапии.

— Вы будете рядом, когда я проснусь? — Она нахмурилась от страха, и он поспешно кивнул:

— Конечно. Я обязательно буду с тобой.

Затем Питер сделал знак анестезиологу, и вскоре под действием наркоза ее глаза закрылись. Спустя несколько минут операция началась. А через четыре часа на лице Питера Галлама появилось удивленно-победоносное выражение, когда донорское сердце заработало. На какое-то мгновение он встретился взглядом с сестрой, стоявшей напротив него, и улыбнулся из-под маски.

— Работает. — Но Питер понимал, что они выиграли только первый раунд. Примет ли организм Салли новое сердце или отторгнет его? Как и у всех других пациентов с трансплантированным сердцем, шансы выжить у нее невелики. Однако они были выше чем если бы ей совсем не делали операцию. В ее случае это была единственная надежда. В то утро в девять пятнадцать Салли Блок увезли в послеоперационную палату, а Питер Галлам получил первую передышку с половины пятого утра. Некоторое время еще будет от ходить наркоз, и он может выпить чашку кофе и немного поразмышлять. Подобные операции изнуряла его.