– А знаешь, Хиллари, по-моему, им не до цветов. Ты ведь не станешь возражать, если я заплачу за этот симпатичный букет?

– Джек, ты меня удивляешь. Насколько я знаю, ты остановился здесь один. Я ни разу не видела тебя с женщиной. Но я не вмешиваюсь в чужую личную жизнь. Если тебе есть кому сделать приятное, я за тебя рада. Держи, Джек, денег с тебя я не возьму, я сегодня добрая.

– У тебя щедрое сердце. Спасибо. – Он полез в карман, достал купюру и протянул ее цветочнице. – Всякий труд должен оплачиваться.

Запах роз напомнил аромат волос Дайаны. Он стоял посередине холла и чувствовал себя совершенно одиноким.

Интересно, чем она сейчас занимается? Думает ли обо мне? – Джека тянуло к ней с непреодолимой силой, перед которой он не мог устоять. Я хочу эту женщину, как никакую другую! Ее глаза… Они словно околдовали меня. Ведь ничего нет плохого в том, что я еще раз увижу ее, подарю ей эти цветы…

Он втянул носом аромат, исходивший от букета. И, будто кто-то принял за него окончательное решение, уверенным шагом направился в сторону ее дома.

Звонок в дверь удивил и насторожил Дайану.

– Боже, кого принесла нелегкая?

Она уже разделась, чтобы принять душ, и теперь ей пришлось накинуть на голое тело шелковый коротенький халатик. С бешено бьющимся сердцем Дайана подошла к двери и щелкнула выключателем, чтобы зажечь свет на крыльце. За стеклом виднелся силуэт ночного посетителя. Приглядевшись, она узнала Джека.

– Это ты?

– Дайана, я только на минутку, открой, пожалуйста.

Голос его дрогнул, и вопреки всем доводам разума ее рука сама потянулась к замку.

– Что случилось? – встревоженно спросила Дайана, выглядывая на крыльцо, и тут же уловила аромат протянутого ей букета, украшенный неповторимой нотой свежести летнего вечера.

– Ничего, – виновато признался Джек. – Просто в холле отеля цветочница продавала розы. У нее остался один букет, и я купил его для тебя.