После того, как Адоня уснула (Андрей заставил ее уснуть, как когда-то давно – или недавно? – в осажденной крепости), он сел снова к компьютеру. Раз за разом погружался в то, что машина извлекла из сознания Адони – хаос, неразбериха, темнота, неясные тени, ужас, подавляющий разум… Именно этот всепоглощающий ужас заставил Адоню истерически метаться в поисках выхода. Где она была? Что означает безмолвие ТИССа, где он не мог достать ее? В другом времени? В другом пространстве? Почему отсутствует визуальная информация, хотя по всему выходит, что Адоня должна была что-то видеть. Но сенсограммы показывают: Адоня видела только темноту и разнилась она лишь степенью тона. Из этих пятен не удается извлечь никакой стоящей информации.

На плечи легли теплые ладошки – Андрей снял шлем и бикуляры, обернулся.

– Можно мне с тобой? – спросила Адоня.

Он обнял ее, посадил на колени.

– Почему ты проснулась?

– Я почувствовала, что тебя нет, мне стало плохо. Я не хотела тебе мешать и долго лежала. Но если ты позволишь, я побуду с тобой.

Андрей прикоснулся губами к ее виску.

– Разумеется. Просто я подумал, что тебе, может быть, лучше отдохнуть.

– Я не хочу спать. Но я не помешаю тебе? Знаешь, – виновато сказала она, – я совсем не могу без тебя.

– Сокровище мое маленькое, слово "мешать" никакого отношения к тебе не имеет. Не было ни часа, ни одной минуточки, когда бы ты мне мешала. Ты частичка моя, прекрасная, главная самая, как же ты – и помеха? А вот теперь – даже совсем наоборот, может быть, ты поможешь мне понять. Я пытаюсь разобраться с твоим приключением, – проговорил Андрей, включая в рабочий режим сканер-блок для Адони.

– Что – понять?

– Меня темнота ставит в тупик. Ее вроде бы не должно быть.

– Включи, я хочу войти в то состояние.

– Но… ты уверена? С чувствами справишься?

– Да-да, не беспокойся. Я же не мешать, помочь должна.