Закрыв глаза, Паоло, как наяву, увидел спящую сеньору, и в этот момент услышал трель звонка. Он встрепенулся и помчался наверх, перепрыгивая через две ступеньки. Сеньора стояла у зеркала в белом купальном халате, держа в руках фен.

- Помоги мне, пожалуйста, высушить волосы, - попросила она по-русски. - Ты ведь теперь и за горничную, и за камеристку.

Паоло уже немного понимал русскую речь, а уж то, что говорила ему сеньора, понимал интуитивно. Когда они были наедине, он не говорил на родном языке - она ещё плохо знает итальянский. Ему хотелось говорить с ней по-русски, и он старательно запоминал новые слова, но пока ещё стеснялся произносить их при ней.

Включив фен, юноша стал осторожно водить им сверху вниз вдоль её длинных волос. Прикоснуться к ним Паоло боялся - вдруг сеньора рассердится.

Она присела на пуфик, глядя на себя в зеркало и слегка встряхивая мокрыми волосами, потом посмотрела на него снизу вверх, улыбнулась и попросила:

- Другой рукой приподнимай мои волосы, а то так они будут очень долго сохнуть.

Впервые юноша имел возможность прикоснуться к той, которая олицетворяла для него Мадонну. Он осторожно просунул левую руку под прядь её волос и замер, ощущая ладонью тепло её тела, потом испугался, что сеньора заметит его замешательство, и стал делать, как она просила, но каждый раз, когда его рука касалась её плеч, у него перехватывало дыхание. Голова сеньоры была на уровне его талии, и ему пришлось наклониться. От запаха её кожи и аромата знакомых духов у него закружилась голова. Еще сегодня утром, целуя её постельное белье, Паоло и не мечтал, что когда-нибудь ему посчастливится оказаться так близко к сеньоре.

Лариса смотрела на его отражение в зеркале и ощущала знакомое волнение. То ли фривольные разговоры с подругой навеяли, то ли мальчик очень хорош, то ли слишком давно она была здесь одна...