- Но отец мой богат, - нерешительно сказал он однажды Лизе. И что же услышал?

- А при чем тут богатство? - возмутилась Лиза. - Да еще твоего отца!

Как - при чем? Жан пробовал объяснить, но Лиза и слушать не стала.

- Хорошо, - сдался Жан. - Оставим в покое и отца, и богатство. Будем работать и путешествовать. Такая программа тебя устраивает?

- А я и так буду работать и путешествовать! - вздернула носик Лиза.

- Да кто тебя пустит? - забегал по комнате Жан. - Ты что, не поняла еще, в какой стране живешь?

- В какой? - прищурилась Лиза.

- В закрытой! - закричал в ответ Жан. - В запертой вот так! - Он сложил руки крестом.

- Но у нас есть турпоездки, - с достоинством возразила Лиза, вспомнив призывный плакат у "Националя", мимо которого каждый день пробегала на факультет.

- Турпоездки... - саркастически хмыкнул Жан. - А ну попробуй, зайди в этот самый твой "Интурист"! Вот просто зайди и скажи, что хочешь поехать во Францию.

- Но у меня нет денег, - растерялась Лиза.

- Да разве дело в деньгах? - разъярился Жан. - Ты у меня, как я погляжу, совсем дурочка!

- Я - дура? - распахнула русалочьи очи Лиза.

- Нет, не дура, а дурочка, - попытался объяснить Жан.

Он что-то сказал не то? Чем-то ее обидел? Да, русский язык все-таки очень трудный! Разве "дурочка" - что-то плохое, неласковое?

И тут Лиза заплакала. Крупные слезы катились по ее светлому милому личику, и она показалась Жану такой маленькой, одинокой, несчастной, что все его обиды куда-то мигом исчезли, растворились в этих слезах. И отодвинулся Париж в синей дымке, и не такой уж грубой показалась Москва, раз живет в ней Лиза.

- Лизонька, - очень тихо сказал Жан, - ну хочешь, я здесь останусь? Навсегда. Хочешь? Мы только будем ездить в гости - к папа и мама.