— Верно. Ты знаешь миф этого острова?

— Да.

Я знаю его наизусть.

— Завтра я покажу тебе скалы, которые напоминают Медузу, Персея и Данаю.

Провести целый день вместе с ним!

— Ты назвал дом в честь своей матери, не так ли?

Персей набрал в легкие воздух.

— Именно так.

Как чудесно скрыться от лучей палящего солнца в блаженной прохладе холла! Персей поставил Саманту на пол, выложенный разноцветной кафельной плиткой. Потом обнял ее за плечи и провел через альков в просторную гостиную, из окон которой открывался изумительный вид на море.

— Я обещал матери, что однажды вернусь на Серифос и построю ей дом. К несчастью, она умерла раньше, чем я сумел исполнить обещание.

В его голосе было столько страдания, что сердце Сэм сжалось от боли.

— Она наблюдала за твоими успехами, Персей, и испытывала материнскую гордость. Что-то подсказывает мне, что прямо сейчас она улыбается тебе с небес.

Он нахмурил темные брови.

— Ты веришь в загробную жизнь?

— Конечно. Земной мир прекрасен и не может закончиться просто так, ничем.

— Продолжай говорить в том же духе, и ты сделаешь меня верующим.

— Когда настанет мой час, я увижу маму и останусь с ней навсегда.

— А твой отец?

Магия исчезла, и Сэм высвободилась из его рук. Потом подошла к одному из белых диванов и провела ладонью по изящной вышивке подушки.

— Я предпочла бы не говорить о нем, если ты не возражаешь.

— Однажды, когда я завоюю твое полное доверие, ты сама расскажешь мне. А пока познакомься с Ариадной, моей экономкой.

Обдумывая его замечание о доверии, Сэм и не заметила, что в комнату вошел кто-то еще.

— Это жена Янни. Они вместе заботятся о вилле.

— Добро пожаловать на Серифос, госпожа Костопулос, — приветствовала ее темноволосая женщина лет сорока, такого же худощавого телосложения, как и ее муж.