За буйными зарослями и низкорослыми деревьями виднелся маленький глиняный домик с покрытой каменной черепицей покатой крышей. Вход в дом освещал яркий фонарь. К дому вела вымощенная плиткой тропинка, и сквозь щели между плитками пробивалась трава. От всего веяло романтической запущенностью и таинственностью.

– Пойдемте в дом, – вежливо пригласил он и поднял с земли ее рюкзак. – Нам нужно еще перекусить перед сном. Только прошу не пугаться, в доме холостяцкий беспорядок.

– Как-нибудь переживу, – весело ответила она и последовала за ним по тропинке.

Только сейчас она заметила, что он несет в другой руке сверток. У дома он передал сверток ей в руки.

– Это наш ужин. Чапати и овощи. Успел прихватить в Палампуре, – объяснил он, открывая дверь.

При напоминании о еде в животе у Кристины радостно заурчало. Она не возражала против чапати и овощей. Гостеприимство хозяина теперь казалось просто по-человечески естественным. Хотя она до сих пор не знала даже его имени.

Она вошла за ним в дом, в его единственную комнату, которую свет внезапно вырвал из темноты, и окинула ее взглядом.

Слева от входа под окном стояла тахта, перед ней – небольшой столик. К стене прижимался одежный шкаф. Потом была дверь, ведущая, видимо, в кухню. У противоположной стены стояла такая же тахта с журнальным столиком рядом. В углу у правой стены находился алтарь – колоритная плеяда индуистских божеств с Шивой в центре, – украшенный цветами и множеством разноцветных горящих лампочек. У правой стены на тумбочке стоял телевизор. На полу лежали домотканые коврики.

– Устраивайтесь, где вам удобнее, а я займусь едой, – непринужденно сказал он, направляясь к кухне.

– Послушайте, – окликнула его Кристина. – Давайте хотя бы представимся друг другу. А то я даже имени вашего не знаю.