Потрясенные Блейк и Сэм стояли молча.

Маленькое серое облачко, которое Блейк заметил над горизонтом, превратилось в грозовую тучу и висело прямо над ними.

Дэниелс поднял глаза к небу, все его тело трясло как в лихорадке.

– Как же… к-как же это случилось? Не понимаю, к-как это могло произойти, – с трудом выговаривали его побледневшие губы. – Сэм, – обратился он за поддержкой к своему верному слуге, – я не хотел… не хотел… Я убил своего сына. Вот этой вот рукой я отправил его на растерзание акуле. Как мне теперь жить, Сэм?

– Мистер Блейк, это рука Господня. Она покарала его за неблагодарность и жестокость. Надо сказать, ваш сын был плохим человеком. Я предпочел бы и вовсе не иметь сына, чем такого. Вы не должны винить себя. Все произошло случайно. Я свидетель тому.

– Да-да, случайно, – автоматически повторил Блейк. – Только свидетелей у нас нет.

– А я?

– Ты не в счет. Никто тебе не поверит. Господи, что же теперь будет? Кое-кто, без сомнения, обвинит меня в преднамеренном убийстве. Боже! Эта огромная акула! И надо же было ей оказаться именно здесь и в этот час… Какая беда! Сэм, я не переживу этого…

– Мистер Блейк, мистер Блейк…

Это были последние слова, которые Дэниелс услышал.

Его тело, разум, каждая клеточка его существа растворились в безмолвной мгле. Он не чувствовал ни ног, ни рук. Он на неопределенное время умер.

Блейк пришел в себя уже на больничной койке и сразу же все вспомнил.

Через неделю Эван должен был провести первое совещание в качестве президента строительной корпорации, но судьба распорядилась иначе…

Эвана больше нет. У меня больше нет сына, обреченно думал Блейк. Бог дал, Бог взял. Господи! Как же тяжело на сердце. Как там его душа? Надо заказать по нему панихиду, сходить к священнику, покаяться. К священнику… Он горько усмехнулся. Да, он отпустит мне этот грех, но как жить с этим дальше? Всю жизнь страшная картина того дня будет преследовать меня. Эван… Эван был не лучшим сыном, но разве я был хорошим отцом? Да, я не знал о его рождении, но это не оправдывает меня. Ведь я мог поинтересоваться судьбой Марии, но не сделал этого, потому что был увлечен только своей карьерой. Теперь у меня есть свой бизнес, но нет сына, которому бы я мог его передать.