– Это ваши проблемы. Довольно разговоров, мы и так задержались.

Грузите ящики.

Поговорим, когда вернетесь. Но имейте в виду, я вами очень недоволен.

– Эх… – начал было старший водитель, но Владлен Михайлович удивленно приподнял брови, Шуруп угрожающе подался вперед, и он, проглотив свои оправдания, бросился открывать багажный отсек.

Молчаливый Дмитрий распахнул заднюю дверь джипа, ухватился за ручку верхнего ящика и дернул его на себя. Шуруп подхватил ящик с другой стороны, и, покряхтывая от натуги, они поволокли ящик к автобусу. Водители автобуса немедленно взяли следующий ящик и потащили его следом. Ящики действительно были тяжелыми, и Шуруп снова подумал, что внутри наверняка оружие. Раньше, насколько было известно Шурупу, Владлен Михайлович оружием не промышлял, и такая перемена не очень нравилась большеголовому охраннику, но Шуруп предпочитал помалкивать, совершенно справедливо полагая, что это не его дело.

Когда водители, пыхтя, волокли последний ящик к автобусу, случилось то, что и должно было случиться в такое вот бестолковое утро: прямо перед ними возник словно из-под земли мент в чине старшего лейтенанта. Судя по его засаленному виду и неизменной ментовской папке под мышкой, это был местный участковый. Лицо его выражало довольство, и его можно было понять: двухэтажный автобус и навороченный джип, из которого в автобус торопливо перегружали какие-то ящики, наводили на мысль о деньгах, причем немалых, которые только и ждали, чтобы старший лейтенант положил их в карман.

Водители остановились и уставились на мента так, словно увидели привидение. У наблюдавшего за ними Владлена Михайловича мгновенно возникло острое желание пристрелить на месте всех троих. Владевшее им нервное напряжение было так велико, что он чуть было так и не поступил: в конце концов, на карту поставлено слишком многое, и, если бы не эти два идиота с их соляркой, все давно бы закончилось. Вздохнув, он раскурил потухшую трубку и снова вылез из машины.