– Спокойно! – проговорила я, присаживаясь на корточки возле Юры. – Я и есть доктор. Сейчас попробую тебе помочь...

– Что значит – попробую? – простонал Юра, обеими руками гладя себе живот. – Сделай укол или еще что-то... Или вообще – усыпите меня... Господи, как мне плохо... А где Анзор?

– Гав! Гав! – донеслось из соседней комнаты.

– В эфире еженедельная передача «В мире животных», – немедленно завелся человек-телевизор Петя, – как известно, каждое уважающее себя животное нуждается в вязке. Вяжутся все – и обезьяны, и бегемоты, и крокодилы, и кашалоты и даже зеленый попугай...

– Гав! Гав!!! Гав-гав-гав!

«Третьего, значит, Анзором зовут, – промелькнуло у меня в голове, – и он все еще воображает, что он – собака... Что ж, если Юра уже вполне адекватно воспринимает действительность и не стремится попотчевать кого-то вареными червями, то это значит, что одурение у него прошло. Но на смену помутнения рассудка пришло расстройство кишечника. И довольно серьезное, судя по всему. Ну, помочь этому несчастному – вполне в моих силах»...

Я погладила Юру по голове. Космическая энергия, циркулирующая по моему телу, понемногу начала концентрироваться в кончиках моих пальцев, и когда тепло в пальцах стало невыносимым, я позволила живительной силе энергии проникнуть сквозь волосяной покров на Юриной голове, кожу и кости черепа – в его мозг.

Через минуту он стал засыпать. Боль его успокоилась и погасла, желудок успокоился.

Юра закрыл глаза.

– Теперь хорошо... – прошептал он, бледно улыбаясь, – теперь спокойно... Тепло так... Туман, туман был в голове... Потом вдруг рези в желудке и рвота... Рвота, а туман в голове рассеивается... Потом хорошо... Тепло...

Улыбаясь, он заснул.

Из соседней комнаты несся неистовый лай Анзора. Человек-телевизор Петя бубнил себе под нос что-то об особенностях брачного периода у южно-американских аллигаторов: