Машина такси летела по трассе недалеко за пределами Москвы. Свечников замолчал ненадолго, замечтавшись о родной редакции, даже, кажется, нечувствительно прикорнул.

– Дорога тут хреновая... – негромко сказал шофер.

– Что? – отвлекся Свечников от своих мыслей, вившихся вокруг предстоящего доклада в родном городе Таежный и несомненно блестящем выступления на конференции, как мухи вокруг банки с медом.

– Дорога, говорю, хреновая, – повторил шофер, – там дальше вообще будет – абзац. Ремонтровали, ремонтировали, а ни хрена не сделали... Лучше скорость снизить. А то так недолго и того... Тем более – ночь. Не видно ни черта собачьего.

– Давай помедленней, – разрешил Свечников, – только смотри мне – на самолет опоздаем – я тебе голову оторву. Да, да, позвоню мэру Лужкову, он тебя с работы выгонит. А я ведь с Лужковым за руку здоровался. Он на конференции тоже был. Поздоровался за руку, с теми, кто ближе был и уехал тут же. И телевизионщики с камерами почти все уехали сразу...

Шофер значительно снизил скорость, и тут машина вдруг подпрыгнула, потом, продолжая двигаться вперед, с визгом развернулась и стала.

– Это что еще? – выдохнул побелевший от внезапности редактор.

– Все, – сказал шофер, – приехали. Я же говорил. А если бы скорость не снизили...

Шофер вышел из машины, яростно хлопнув дверцей. Прошел назад и что-то стал искать на дороге.

Свечников тоже выбрался наружу.

– Какой-то мудак гусеницу от трактора оставил на дороге, – сказал шофер, – ну люди...

Он вернулся к машине, обошел ее вокруг.

– Два колеса, – печально констатировал он, – час придется тут проторчать.

– Час! – завопил Свечников. – Мы точно на самолет опоздаем!!

– А я что могу сделать? – огрызнулся шофер. – Я, что ли, виноват? Два колеса пропороты – менять надо. И клеить. Хотите – звоните вашему Лужкому... Только скажите, что того раздолбая, кто гусеницу оставил, тоже попереть с работы надо...