Боль, причиненная его сильными пальцами, еще больше ожесточила девушку.

— Меня могли сожрать какие-нибудь дикие звери, да будет тебе известно! — продолжала она с не меньшей яростью. — Зачем ты оставил меня здесь одну? Неужели у тебя совсем нет сердца?

Ночной Ястреб понял, что девушка перепугана и поэтому так зла на него. Его собственный гнев тут же смягчился. Теперь Ночной Ястреб терпеливо ждал, когда иссякнет и ее гнев. Он стоял тихо, держа ее за руки и ожидая, когда она успокоится. Если бы Пламя не была так решительно настроена ударить его, он бы не держал ее за руки. Ему не хотелось больше наказывать ее за неповиновение. Ей и без того еще достанется в ближайшие дни.

Ее бунт вскоре сам собой вылился в рыдания. Ночной Ястреб взял ее на руки и отнес к лошади. Они снова сели верхом. Затем, как и прежде, индеец обвязал ее руки вокруг своего пояса. И вдруг Сара увидела болтающиеся на поясе у Кривой Стрелы свежие скальпы. У нее и безного было сухо во рту, а тут пересохло еще больше. Глаза ее расширились до предела при виде этого зрелища, Ее остекленевший взгляд останавливался то на одном, то на другом воине, пока наконец не упал на Ночного Ястреба. У каждого из индейцев на поясе болталось по нескольку окровавленных скальпов.

Сара в ужасе отпрянула. На поясе у Ночного Ястреба, буквально в нескольких дюймах от ее рук, висели три свежих скальпа! Она сглотнула подступившую к горлу горечь, насчитав всего десять скальпов. Один, болтавшийся у самых ее ног, принадлежал светлому блондину.

Солдаты! Они убили солдат! Ее охватило чувство отвращения. Ей вспомнилось, как совсем недавно она сама пожелала им смерти, и чувство вины когтями вонзилось ей в сердце. Неужели это она каким-то образом накликала на них беду? Как и ее странные сны, которые в свое время предсказали ее будущее? Может ли она считать себя виноватой? Неужели кровь этих ничего не подозревавших людей — на ее руках?

Сара буквально обезумела. Она дергалась изо всех сил, да так, что чуть было не сбросила себя и своего похитителя с лошади. Дикие безумные крики вырывались из ее охрипшего горла, отдаваясь эхом в спокойном лесном воздухе. Не имея другой возможности оказать сопротивление, она снова и снова билась головой о спину Ночного Ястреба. Когда же он, наконец, развязал ей руки, чтобы встряхнуть ее и заставить прийти в себя, она испустила вздох и потеряла сознание.