- Миранда! - воскликнула леди Хоулком. - Подумай только! Как ты можешь? Позволить ему самому выбирать, что взять? - Она проворно вскочила и поспешила за Брэгом, на ходу окликая его.

Миранда сидела совершенно неподвижно, в каком-то оцепенении. Есть уже не хотелось. Ее пробирала дрожь. Она больше не думала об индейцах, а только о Брэге. Какой грубиян! Он даже не снял шляпу - ужасное оскорбление! А как он поцеловал ей руку - Боже мой! Ее снова передернуло. Миранда не могла представить его лицо целиком, только рот, грубый чувственный рот, оскаленный в ухмылке, неприлично вызывающей, даже хищной. Она прижала руку к груди. Сердце отчаянно трепетало. Мне следовало дать ему пощечину. Как я могла спустить ему это? Как мог Джон Барринггон послать за мной такую грубую скотину?

Брэг, без сомнения, был таким же животным, как и ее отец. Миранда это чувствовала, хотя и не могла объяснить свое ощущение. Он пугал ее. Его присутствие подавляло. Дело было не только в том, что он непомерно велик, просто огромен, хотя и это тоже угнетало. Широкие плечи и мощная грудь распирали расшитую бисером рубаху из оленьей кожи. Она заметила револьвер, висящий у правого бедра на ремне из сыромятной кожи, и длинный нож в ножнах, заткнутый за другой ремень, тисненный и украшенный медными нашлепками. Миранда поежилась. Этот человек казался смертельно опасным. И он был грязный! Его кожаная одежда была вся в пятнах и казалась ей отвратительно варварской и грубой. И еще - от него пахло. Когда она поднялась, протягивая ему руку, то вдохнула его запах, его мужской запах...

Пятьсот миль, - ошеломленно подумала девушка.

- Мэм?

Миранда едва не подпрыгнула от этого произнесенного нагло, на техасский манер, слова. Она не слышала, как подошел Брэг.

- Да? - Она избегала смотреть в его глаза, скрытые в тени шляпы, и уставилась на затейливую вышивку по вороту его дикарской рубахи.

Брэг улыбнулся.

- Мы почти готовы. - Он взял ее за локоть. Миранда непроизвольно отпрянула, но он, не обращая на это внимания, повел девушку к выходу. Уже рассвело, и улицы Натчеза осветили слабые лучи солнца.