Через секунду в приоткрытую щель заглянула секретарша Ниночка.

– Пригласите ко мне Ирину Борисовну. Пусть зайдет прямо сейчас, если сможет.

– А если не сможет? – уточнила дотошная Ниночка.

– Тогда передайте ей, что я хочу с ней поговорить на большой перемене.

Больше Раисе Андреевне в кабинете директора делать было нечего. Правда, у нее были вопросы, и много. Например, утвердят ли Ирину Борисовну в округе? Сомнительная кандидатура без опыта, а тут почти выпускной класс. Или кто из двоих учеников школы отправится на зимние каникулы в Англию по обмену и какие две семьи удостоятся чести принимать у себя английских детишек? Нужно ли будет в этом году организовывать зимний лагерь в школе, ведь теперь вся страна благодаря «думскому уму» полмесяца гуляет? А льготные талоны на питание на следующий месяц для малоимущих семей? Кто их будет выбивать в округе? Опять она…

Но Раиса Андреевна решила, что ей еще представится возможность поговорить обо всем этом с директором, так сказать, с глазу на глаз. Сейчас момент для этого неподходящий.

– Ну, Бог вам в помощь, Федор Степанович, – бодро сказала она, поднялась и направилась к двери.

Федор Степанович ее не задерживал.

3

Так случилось, что после первого урока Лапушка повез завхоза за материалами на строительный рынок. В школе шел бесконечный ремонт. Теперь очередь дошла до водопроводной системы. Вернулись они уже к обеду, загруженные вентилями, кранами, сифонами, гибкими подводками и прочей мелочевкой. Игорь помог завхозу отнести имущество в кладовку и собрался было восвояси, но тут заметил Ирочку Борисовну (симпатичную двадцатипятилетнюю математичку Игорь иначе вслух не называл). Она вышла из дверей школы.

«Ни дать ни взять – ученица старших классов», – залюбовался он ею, стоя у своей «десятки» цвета мокрого асфальта. Дубленочка нараспашку, стрижка «что хочу, то и ворочу, и вы мне не указ», а в руках портфельчик. Только вот почему-то не улыбается девушка. И вообще, задумчивая сегодня Ирочка Борисовна, идет себе мимо, его не замечает. Похоже, расстроена или сильно озадачена чем-то, заволновался вдруг Игорь.