Он не преувеличивал, сказав, что она красивая. Овал и черты ее лица были очаровательными, изящными и женственными, а кожа — чистой, как свежая сметана. Но в ее облике не было ничего, что говорило бы о желании нравиться и выглядеть привлекательной-никаких следов косметики, никаких украшений. Ее густые черные волосы доходили до плеч, и казалось, что она совершенно не думает о них, небрежно отбрасывая их с лица и пряча за уши.

Лорел Чандлер. Имя вызвало какие-то воспоминания в его слегка опьяненном мозгу. Чандлер. Адвокат. Потом что-то прояснилось. Приезжая, хотя и из здешних мест. Дочь добропорядочного семейства. Была прокурором где-то в Джорджии, пока ее карьера не лопнула. В Байю Бро ходили о ней слухи.

Она не справилась с каким-то делом. Был скандал. Джек слышал краем уха, всегда готовый — как это делает каждый писатель-запомнить обрывки интересного разговора или пикантную историю, которые потом можно было бы использовать в книге.

— Для чего вы это носите?-спросил он, раскачивая ее очки за заушник.

— Чтобы видеть, — огрызнулась Лорел, выхватывая их из его руки. В действительности она пользовалась ими только тогда, когда читала, но ему об этом знать было совершенно необязательно.

— Чтобы вы могли видеть и чтобы мы не могли видеть вас?

Она досадливо усмехнулась и, немного изменив положение своего тела, на дюйм увеличила расстояние между ними.

— Наша беседа бессмысленна, — произнесла она, едва сдерживая раздражение.

Он был слишком близок к правде своим на первый взгляд небрежным замечанием. У Лорел вдруг появилось неприятное ощущение, что Джек Бодро не так прост, как казалось на первый взгляд. За напускным равнодушием прятались сообразительность и хитрость.

— О, согласен, — протянул он и, сделав шаг, снова вторгся в ее пространство. В его голосе появились хриплые, обольщающие нотки, и он наклонился вперед достаточно близко, чтобы она почувствовала, что его дыхание ласкает ей щеки.