— А другого у тебя нет? — с надеждой спросила Ксюша. — Ну хоть какого-нибудь завалящегося?

— Пусть хоть трижды женатого, но не столь примерного семьянина, — поддакнула я.

— Дайте подумать, — буркнула Сонька

И она зависла. Мы переминались с ноги на ногу, ждали, когда подружка переберет в уме всех своих поклонников.

Время шло, мы потихоньку замерзали, но подруга все еще морщила лоб и ничего не говорила. Однако мы не сильно волновались, знали, что у Соньки бывало два периода в жизни: либо густо — либо жидко, но пусто никогда.

— Есть! — вскричала Сонька. — Есть один. Он, правда, дальнобойщик, у него свой «КАМАЗ». Но вас, надеюсь, это не смутит?

— Что ты! — всплеснула руками Ксюша. — Мы будем рады твоему камазисту, как родному!

— Тем более, что Ксюшины вещи поместятся только в его кузов, — вякнула я, за что получила легкий шлепок варежкой по макушке.

— Во-во! — поддержала меня депутатша, за что незамедлительно получила второй варежкой и тоже по шапке. — Ладно, не дерись, мы больше не будем.

— Смотрите у меня! — Ксюша погрозила нам кулаком. — Давай звонить.

И тут Сонька удивила. С надменной улыбкой на порозовевшем лице она полезла за пазуху своего пестрого пуховичка и жестом фокусника достала оттуда сотовый телефон.

— Ого! — воскликнула я. — Когда это успела отхватить?

— Да вот… — Сонька насколько могла скромно улыбнулась. — Прикупила по случаю.

— На скудную учительскую зарплату?

— Поэкономила пару месяцев, — все еще сдерживая горделивую ухмылку, ответила она.

— Заливай! — встряла Ксюша. — Взятку от избирателей, наверное, получила. Или думские деньги прикарманила.

— Да ты что! — Сонька всполошилась не на шутку. — Я ни копеечки не получаю за свою депутатскую деятельность! Только бесплатный проездной, я же говорила!

Тут Сонька не соврала. Никаких благ ей депутатство не принесло, уж я-то знаю, одну головную боль.